Сайт посвященный истории Кавкзазского региона

Тандыр, тендир, тонир: этимология слова (часть 2)


Эльшад АЛИЛИ


Кроме словаря Еремия Мегреци термин тонир (թոնիր) также отсутствует в латино-армянском словаре, изданном в 1633-м году [1. с. 136]. А ведь это издание фактически является первым словарем армянского языка. И в нем имеются около 10000 слов. Составителем этого словаря является итальянский востоковед Франческо Ривола (1570-1655). Кстати, любопытно, что он же является первым составителем грамматики армянского языка.

Термин тонир (թօնիր) впервые был включен в словарь классического армянского языка в словаре Мхитара Себастаци изданном в 1749-м году в Венеции. Слову тонир в этом словаре дается объяснение как «круглое строение из глины, или вырытому колодцу, где готовится еда» [2, с. 320-321].  То есть по Мхитару Себастаци тонир является не только печью вкопанным в землю в виде колодца, но также наземным круглым строением из глины. Хотя сегодня армянские этнографы пытаются отрицать общность происхождения терминов тендир и тонир. По их заключениям тонир является строением подобным вырытому колодцу и является исключительным изобретением армян. Однако словарь М.Себастаци опровергает их утверждения.

В другом двухтомном толковом словаре армянского языка, изданном в 1836-м году в Венеции термину тонир (թօնիր) дается такое объяснение как «маленькая печь, выкопанная в земле для приготовления еды, жаренного и хлеба» [3. с. 818]. А в двухтомном армяно-русском словаре Худобашева изданного в 1838-м году тонир (թօնիր) просто переводится как печьгорнгорнило [4. с. 438].

Выходит, что термин тонир (թօնիր) отсутствует в объемистых для своего времени армяно-латинском словаре 1633 г. и в толковом словаре классического армянского языка Еремия Мегреци от 1698 года.  Понятное дело, что составители этих самых ранних словарей армянского языка слово тонир (թօնիր), или тандыр (թանտըռ) не считали словами, принадлежащими армянскому языку. И после того как Мхитар Себастаци включил в свой словарь термин тонир данное слово уже после него были включены в словари армянского языка от 1836 и 1838 гг. И вот после этого периода в армянских текстах фиксируется тюркский термин тонир (թօնիր).

Но сегодняшние армянские деятели настолько слепы (или делают вид), что не могут узреть факт существования издревле традиции тандыра у тюрков, среди которых они жили анклавами. Например, армянские деятели в своих репортажах с невинным трепетом выдают нижеследующее: «Наши соседи стремятся присвоить армянские национальные блюда. Не исключено, что в скором будущем турки присвоят и армянский тонир. Организация армянских кулинарных фестивалей направлена не только на сохранение и распространение армянских кулинарных традиций, но и на предотвращение процесса их дальнейшего присвоения другими народами.» [5]

Подобным армянским деятелям сообщаем, что их беспокойства напрасны.  В первых в природе не имеются армянские национальные блюда. У искусственно созданных этносов ничего своего не бывает. Все является заимствованием. Турки даже при сильном желании не в состоянии присвоить «армянский» тонир.  Тонир уже тысячелетиями является частью культуры тюрок, которым не зачем присваивать то, что и так им принадлежит. А вот армянского тонира в природе никогда не было. Также, как и не может быть армянского плуга, армянской коровы, армянской травы, армянской долмы, армянского платана и т.д.

Также отметим, что тщетны потуги армянских языковедов делать ударение именно на фонетическую транскрипцию тонир, которая является просто очередной диалектической модификацией тюркского термина тандыр. Сообщаю, что данный термин имеет много тюркских диалектических модификаций, таких как азербайджанский тəндир, башкирский тандыр, караимский тануртандуртаннур, кыргызский тандыртындырдандырнандыртуркменский тамдыр, турецкий тандыртандур, узбекский тандир, уйгурский тонур и т.п. В самих армянских текстах больше упоминаются фонетические модификации в виде тандыр и тонир.  И теперь армяне пытаются тонир выдавать за исконно армянское слово, хотя с армянского языка это слово никак не этимологизируется. И как видим, армянская фонетическая адаптация тонир стоит ближе к уйгурскому тонур. Видимо, это обусловлено тем, что данная диалектическая транскрипция перешло в армянскую лексику во времена правления Ильханидов Хулагидов (1256-1401), так как официальным языком их государства был литературный уйгурский тюрки.

Армяне в основном используют один вид тандыра – вкопанные, зарытые в землю вроде колодца тендиры. Сам этот вид тендира распространен от Восточной Анатолии до Восточного Туркестана. И, конечно же, такой же вид тандыра широко распространен в краях проживания тюрков-уйгур. Может быть, и по этой причине армяне кроме транскрипции в виде тандыр, переняли также уйгурскую транскрипцию.

Теперь стоит привести некоторые исторические сведения путешественников, побывавших в тюркских странах и оставивших сведения о традиции печи-тандыре среди тюрков. Первым приводим сведения патриарха российского востоковедения и одного из основоположников российской тюркологии Илья Николаевича Березина (1818-1896), который в разделе от Дербента до Баку своей книги «Путешествие по Дагестану и Закавказью» (1850) приводит интересные сведения о кулинарной традиции Дагестана и Азербайджана. Не оставил он также без внимания хлеб (чурек) испеченный в тандире: ««Тенур чуреги», чурек – тонкий круглый лист пшеничного теста – приготовленный без всяких затей в тенуре. Тенур, или правильно «тендир» есть дагестанская, пожалуй общемусульманская печка, состоящая из глинного котла, в котором чуреки прикладываются к внутренним стенкам и таким образом пекутся, разумеется, с помощью надлежащего раскаления котла. С прискорбием сознаюсь, что и я не редко ел чуреки прямо из тенура, и не роптал на судьбу, потому, что собственно за свежие чуреки нельзя жаловаться: грустно лишь есть вчерашние чуреки» [6, с. 120-121]

Российский путешественник и знаток восточных языков Филипп Ефремов (1750-1811), побывавший в Хиве, Бухаре, Коканде упоминает о тандуре среди узбеков Средней Азии: «Дрова привозят издалеча на верблюдах и на ишеках. Верблюду имя шутур. Хлебы пекут, прилепляя к сторонам печи, толщиною полвершка и тоньше. Хлеб — нан. Печь — тандур. Лес же там бывает тут. На дереве туте родятся ягоды два рода, наподобие яжовики; белые — те сладкие; черные — сладки и кисловаты. Белые называются ширинтут, а черные — шатут. Листьями ж кормят шелковых червей» [7, с. 157].

Еще один российский путешественник и известный писатель своей эпохи Павел Иванович Огородников (1837-1884) во время своего пути через закаспийские туркменские степи описал быт местных жителей, где отмечается также о туркменском тамдыре: «...Женщина же моет, очищает и сушит пшеницу, мелит ее в ручной мельнице, месит тесто, печет из него мягкие пшеничные лепешки («чурек» - хлеб) в «тамдире», т. е. азиатской тонкостенной, глиняной печке (в 1,5 арш. выс. и 1,25 арш. в поперечнике), с отверстием сбоку, для притока воздуха, наглухо закрываемым по истопке, и другим — сверху, для «чурека», и «фетира» — тех же лепешек, только из более густого теста, исколотых и более сухих; по праздникам достаточные люди лакомятся «катламой» — слоистой лепешкой, в палец толщиною, из пшеничной муки на масле.
Обыкновенная пища тюркмен — «аш», вареный в чугун-ном котле рис, который иногда едят с «
хурушом» — соусом из дичи или жареного мяса с разными специями и кислым (фрукт.) соком; «плов», приготовленный на бараньем сале или коровьем масле, едят с бараниной, дичью, свежею рыбою: сазаном, осетриной и севрюгой (которую, впрочем, сребробугорцы остерегаются есть летом в предупреждение лихорадок); икра также идет в пищу. Дичь подается к плову с кисленьким соусом из альбухары или очень кислых, сушеных семян гранаты, получаемых из Персии. Едят они и верблюжье мясо, в крайних случаях и конину, но свинью — никогда.» 
[8, с. 215].

Российский исследователь Средней Азии Всеволод Иванович Роборовский (1856-1910), побывавший в Восточно-азиатских странах описал также быт жителей Восточного Туркестана, где упомянул уйгурский тунур, среди народности чанту, проживающих также в китайской Монголии: «Чай пьют соленый с молоком, если же без молока, то соли не прибавляют. В чай крошат лепешки и достают их из чашки прямо руками или китайскими палочками, имеющимися у большинства чанту в ножнах при китайском ноже, привешенном по обыкновению у пояса.
Хлеб большею частью едят из сорго; пшеничный едят только богатые, а бедные только как лакомство, в большие праздники. Для закваски теста всегда оставляется немного старого теста, которое заменяет собою дрожжи. Тесто месят руками. Ставят его в теплое место и тепло укрывают, чтобы хорошо закисло.
Пекут лепешки в особых для сего устроенных на дворе печах (
тунур), которые топят главным образом сухим янтаком (Alhagi sp.) и соломой. Пуд пшеницы стоит 80 копеек, а пуд проса-сорго 25 копеек. Урожай пшеницы весь сдается купцам за долги, которые накопляются к осени за лето, когда ни у кого нет денег» 
[9, с. 413].

Все эти исторические упоминания путешественников и исследователей, где традиция заготовки хлеба в печи-тандир упоминается во всех тюркских краях, четко свидетельствует о наличии этой культуры уже как сложившаяся среди тюрков с самой ранней истории. И неспроста ведь российские ученые XIX века, тандир называют обще-мусульманской, или обще-азиатской печью. Поэтому нелепы армянские предположения о том, что эту обще-мусульманскую, или обще-азиатскую традицию заготовки хлеба в печи-тандир народы заимствовали у армян, которые как этнос сформировались лишь в позднее средневековье.

Нужно также остановиться на этимологии и семантических корнях термина тандыр/тендир.  Выше были приведены тюркские фонетические модификации произношения этого термина. Приблизительно также произносится это слово в других восточных языках. Так, например, в арабском языке оно фиксируется как tannür, tandur, tennure, на арамейском tannura, на иврите tennur, на персидском tanurtandur, а в Индии часто как tanduri. Среди языковедов распространено такое мнение, что все эти модификации исходят к термину tiniru, отмечающегося в древне-аккадских текстах.

Действительно в шумеро-аккадских текстах начиная с периода древневавилонских текстов (2000-1500 гг. до н.э.) фиксируются слова tenūrutinūru, которые переводятся как печьтандир (tannour) [10, с. 407], печь, изготовленная из закаленной глины [11, с. 413], или просто как печь [12, с. 711]. Но дело в том, что термины tinūru, tenūru с аккадского языка семантически, никак не выводятся. В первую очередь нужно отметить, что в аккадской лексике имеются много заимствованных терминов. А также имеются много терминов с невыясненными корнями. Общеизвестно, что в аккадских текстах имеются много заимствований с шумерской лексики.  В научной литературе часто упоминалось связь шумерского языка с тюркскими и финскими языками. И, конечно же, аккадские тексты изобилуют словами из этих туранских языков. Об этом твердили все ранние ассирологи, а такие ученые как Генри Роулинсон, Франк Ленорман, Жюль Опер, Арчибальд Сейс и др. приводили сравнительные примеры. Арчибальд Сейс вообще отмечал, что многие глоссы с двумя согласными в аккадском языке являются заимствованием с туранских, то есть с урало-алтайских языков [13с. 113].

В этом свете существуют научные исследования, где приведены заимствованные глоссы с тюркского и финно-угорского языков, имеющиеся в аккадских текстах. В одной из последних таких работ на русском языке приведены 260 тюркских глосс в аккадских текстах [14, c. 107]. Одним из таких тюркских заимствований в аккадских текстах являются термины tinūru, tenūru, этимология которых как выше отмечалось, с аккадского языка никак не выводится. А семантически эти слова связаны с древнетюркским глаголом tamdurtamtur – зажигатьразжигать [15с. 530, 531]. В корне древнетюркской глагольной основы tamdurtamtur – зажигатьразжигать, имеется древнетюркское существительное tamdu – огоньпламя [ibid, с. 530]. В дополнение к этому отметим, что в азербайджанской лексике сохранился корень däm-угар [16, с. 103]. В азербайджанской лексике имеется также слово tänbäki – махоркатабак [ibid, с. 288]который в алтайской, или хакасской лексике звучит как tamkı [17, с. 330], [18, с. 216]. Все эти перечисленные слова семантически имеют связь между собой. Очевидно, что прототюркские корневые основы tam/däm/tän связаны с такими понятиями как огоньдым.  Дополнение к этим выражениям добавим, что еще с прототюркских времен в тюркской лексике имеется слово tamu – ад, преисподняя [15с. 531], что опять же связано с понятиями огонь, пламя.

Азербайджанский tänbäki и алтайский tamkı выявляют фонетическую закономерность перехода согласных -m-n в тюркской лексике, и конкретно в корне слова тамдыр/тандыр, что также отразилось в переходе древнетюркского tamdur, tamtur в современных тюркских наречиях в tandur, tendir и т.д. Исключением является туркменский tamdır, который сохранил более архаическую форму этого слова.

Чередование в середине слова согласных звуков -m-n в тюркской лексике и речи является часто встречаемой фонетической закономерностью. Для примера можно привести такие термины как tambur/dambura- tanbur, zəmbil-zənbil, (корзина), sünbül-sümbül (колос), gombul-gonbul, или tombul-tonbul (толстый), pambıq-panbıq (хлопок), ambar-anbar, təmbəl-tənbəl (ленивый) и т.п.

Конечно же, тюркское происхождение термина тандыр/тунур автоматически не делает тюркским изобретением самой печи тандыр. Как мы выше отмечали традиция употребления печи-тандыр, теряется в глубине тысячелетий.  Но однозначно, что сегодня многие народы Азии используют именно тюркское обозначение этого предмета. Аккадские тексты свидетельствуют о том, что данному тюркскому термину больше 4 тысяч лет. И армяне все фонетические модификации, используемые ими этого слова, заимствовали с тюркских наречий. И в таком раскладе смешно утверждать, что тюрки заимствовали традицию тандыр у армян, у которых даже не имеется своего обозначения этого предмета.


Литература:

  1. Francisco Rivola DICTIONNAIRE ­ARMENO-LATINUM. Paris Impensis Societatis Typographicae Librorum Officii Ecclesiastici 1633.
  2. Mkhitar Sebastaеsi ԲԱՌԳԻՐՔ ՀԱՅԿԱԶԵԱՆ ԼԵԶՈԻԻ (BAŔGİRK‘ HAYKAZEAN LEZUI (HIN HAYKAZEAN BAŔARAN)). в 2-х томах.  Том I. Venetik 1749.
  3. Г. Аветикян, Х Сиврмелеан, М. Авгереан ՆՈՐ ԲԱՌԳԻՔ ՀԱՅԿԱԶԵԱՆ ԼԵԶՈԻԻ   (NOR BAGİRK HAYKAZEAN LEZUII-НОВЫЙ СЛОВАРЬ АРМЯНСКОГО ЯЗЫКА). в 2-х томах Венеция. Том I.  Типография Св. Лазаря 1836.
  4. А. Худобашев АРМЯНО-РУССКИЙ СЛОВАРЬ (Составленный по лексикону изданному в Венеции), в 2-х томах. Том I. Москва. Типография Лазаревых Института Восточных языков 1838.
  5. Фестиваль армянского тонира пройдет 11-го августа в селе Цахкунк Гегаркуникской области. http://orer.eu/ru/russian-%D1%84%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D1%8C-%D0%B0%D1%80%D0%BC%D1%8F%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D1%82%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D1%80%D0%B0-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B9%D0%B4%D0%B5/
  6. И. Н. Березин ПУТЕЩЕСТВИЕ ПО ДАГЕСТАНУ И ЗАКАВКАЗЬЮ. Изд. 2-е. Казань 1850.
  7. СТРАНСТВОВАНИЕ ФИЛИППА ЕФРЕМОВА. Путешествия по Востоку в эпоху Екатерины II. М. Восточная Литература. 1995.
  8. Огородников П. И. НА ПУТИ В ПЕРСИЮ И ПРИКАСПИЙСКИЕ ПРОВИНЦИИ ЕЕ. Санкт-Петербург. 1878
  9. В. И. Роборовский ПУТЕШЕСТВИЕ В ВОСТОЧНЫЙ ТЯНЬ-ШАНЬ И В НАНЬ-ШАНЬ". Труды экспедиции Русского географического общества по Центральной Азии в 1893-1895 гг. М. ОГИЗ. 1949.
  10. A CONCISE DİCTIONARY OF AKKADIAN. Weisbaden 2000.
  11. John Dyneley Prince MATERIALS FOR A SUMERIAN LEXICON. Leipzig 1908.
  12. Friedrich Delitzsch ASSYRICHES HANDWÖRTERBUCH. Leipzig 1896.
  13. Archibald Henry Sayce. ASSYRIAN GRAMMAR, ­FOR COMPARATIVE PURPOSES. London. 1872.
  14. Эльшад Алили ТЮРКИЗМЫ В АККАДСКОЙ ЛЕКСИКЕ И ТАК НАЗЫВАЕМЫЕ АККАДСКИЕ ЗАИМСТВОВАНИЯ В АРМЯНСКОМ ЯЗЫКЕ.  Агентство по Авторским Правам Азербайджанской Республики, Баку 2017.
  15. ДРЕВНЕТЮРКСКИЙ СЛОВАРЬ. Ленинград 1969.
  16. АЗЕРБАЙДЖАНО-РУССКИЙ СЛОВАРЬ. Под редакцией Г. Гусейнова. Баку 1941.
  17. Протоиерей Василий В. Вербицкий СЛОВАРЬ АЛТАЙСКОГО И АЛАДАКСКОГО НАРЕЧИЙ ТЮРКСКОГО ЯЗЫКА. Издание Православного Миссионерского Общества - Казань 1884.
  18. ХАКАССКО-РУССКИЙ СЛОВАРЬ. Под редакцией Н. А. Баскакова. Министерство Культуры СССР. Москва 1953.

Тандыр, тендир, тонир: этимология слова (часть 1)


Эльшад АЛИЛИ

Часть1  |  Часть 2

В рамках проекта «Детектор лжи» продолжаем на основе армянских и европейских словарей разоблачать армянские фальсификации и присвоение кулинарного, культурного наследия других народов. Речь идет об универсальной технологии, которая на основе этнографических, лингвистических исследований и старых словарей, в том числе армянских, позволяет легко проверить принадлежность тому или иному народу обрядов, предметов быта, музыки, песен, культурных и кулинарных традиций.

Тандыр (тендир, тамдыр, тандур, танур, тонур, тундур, тунур, тонир, таннур, тенур, тандури и т.п.) – печь жаровня с углублением шарообразного, или конусообразного вида, для приготовления хлеба, а также других видов пищи. Культура тандыра исторически распространена почти по всей Азии, а также в центральной и северной Африке. Это наземная, или вкопанная в землю печь. Имеет несколько разновидностей. Исторически в массовом порядке строились в основном из глины. Хотя имелись и каменные тендиры, или углублении в виде колодца. Сегодня в построении огромных по размеру тендиров используются также жаростойкие кирпичи. Тендиры бывают как стационарными, так и переносными.

Если обратить внимание на ареал применения культура тандыра больше распространилась в основном степных регионах, а также в географиях, которые соприкасались со степной культурой. К примеру, печь-тандыр использовался и сегодня используется во всех регионах проживания тюрков. А в Китае, например, тандыр используется только в Синцян-Уйгурском автономии, то есть только в Восточном Туркестане. В Японии имеются свои виды тандыра, которые называются «камадо». Тандыр также распространен в Индии, Пакистане, Иране, в арабском Востоке. Тандыро-образные печи имеются также среди индейцев Америки.

Сама история тандыра теряется в глубине тысячелетий. Сегодня сложно определить первый ареал возникновения культуры тандыра. Но можно предполагать, что подобные печи из земли и глины исходят к эпохе культа Богини Матери. Именно она являлась хранительницей домашнего очага. А в тюркской истории домашний очаг, а также культ огня связан с воззрениями о богине Умай. Поэтому изначально тандыр является элементом женской культуры. Исторически в деревнях Азербайджана тендиры в основном строились руками женщины. В некоторых тюркских регионах на тандырах как обереги до сего дня используются древние тамги богини матери с руками на бедрах. Более вероятно, что сам тендир первоначально возник в степных регионах Евразии, где древесины было мало. Потому, что классический тендир можно топить хворостом, прутьями, колючкой, соломой, сухими травами и в этом случае жар в самой печке будет держаться долго.

И сегодня тандыр в Азербайджане, Средней Азии и Восточном Туркестане имеется в каждом деревенском доме. В быту он просто незаменимый предмет сельского жителя. Тендиры бывают разной формы. Исторически в Азербайджане известны, пять видов тендира. Круглые наземные вертикально прямые, наземные конусообразные вертикальные, наземные вертикальные немного кувшинообразной формы, круглые зарытые в землю и горизонтальные.
Кувшинообразные и бочкообразные тендиры имели огромный размер, так как они использовались в основном в пекарнях городских местностей. Их огромные формы позволяло печь хлеб для всей махалля (жилого квартала).  Во время археологических раскопок останки подобных огромных тендиров, обнаружены в историческом азербайджанском городе Шабран-Сабиран. Само название города берет от названия тюрков сабир-субаров. Останки таких же печей-тандыров сохранились на развалинах античного италийского города Помпеи. Это свидетельствует о том, что в античную эпоху жители Средиземноморья также использовали подобные пекарни из тандыра. 

Об огромных тандырах древнего азербайджанского города Шабран имеются упоминание у голландского путешественника Яна Стрейса (1630-1694):

«4-го мы снова отправились в путь и дошли в тот же день до города Шаберан (Scabaran), где нашли самый лучший и белый рис, чему способствует и служит влажная и болотистая почва. Фунт того прекрасного риса можно здесь купить дешевле, чем за полстейвера. Город в древности был окружен валом, но теперь не больше как открытое место. Здесь видны еще разрушенные печи, в которых пекли хлеб для войск Александра Великого» [1, с. 243-244]

Фото 1. Останки огромных тендиров в историческом Шабране (Азербайджан)



Фото 2. Помпейские пекарни:


Горизонтальные тендиры чем-то похожи на татарскую печку без дымохода. В русской печи, например, имеются дымоходы. Но горизонтальные тандыры обычно не имеют дымохода. Больше распространены в регионах, где древесины много. Это в основном горные массивы с лесной полосой. Подобные горизонтальные печи-тандыры встраивались в прихожей дома, что позволяло также зимой его обогревать. В Азербайджане в домах они имеют небольшие размеры. Более огромные по размеру подобные печи-тандыры распространены больше в Средней Азии и в Турции. Известные на весь мир турецкие пиде, лахмаджун, мясные бореки готовятся в таких печках.  Кроме хлеба, мучных изделий в таких печках удобно готовить такие блюда на подобии пити, гюведж, чёмлек-кебаб – мясные бульоны и соусы на огнеупорных глиняных посудах.  К слову в Средней Азии и в Восточной Анатолии имеются также тандыры с диагональным отверстием.

В горных районах, или в городских местностях, где древесины было мало, а зима проходила сурово, не редко использовались вкопанные, зарытые в землю вроде колодца тендиры. Встроенные в прихожей они также позволяли в холодную погоду обогревать дом. За пределами дома их использовать было не практично. Потому, что туда могли упасть дети, домашние птицы, или животные. Да и дома из-за детей эти тендиры нужно было плотно закрывать. Подобный вид тандыра распространен по всем историческим тюркским странам. Археологические останки подобных тендиров можно увидеть в таких больших городах, проживания тюрков как Булгар, или Дербент.  В больших населенных местностях обычно имелись тандыры как с широким отверстием, так и узким. Тандыры с широким отверстием использовались для приготовления хлеба, а узкие для горячей пищи. В Дербенте наравне с углубленными тандырами имеются также вертикальные конусообразные тандыры.


Фото 3. Узбекский горизонтальный тандыр:


Фото 4. Турция. Рагу внутри хлеба (этли экмек долмасы), приготовленная в печи-тандыре горизонтального вида.:


Фото 5. Столица Волжской Булгарии древний город Булгар. Вырытые в виде колодца тандыры.



Фото 6-7. Дербентские конусообразные и в виде колодца вырытые тендиры:



Круглые, прямые вертикальные тендиры высотой примерно 1-1,1 м. возделывались в основном в частных домах городских местностей, где плотность домов в махаллях было очень тесным, и добыть глину было сложно. Обычно такие тендиры строились из камней, стены которых после обмазывались землей. Такие тендиры были распространены в населенных пунктах Абшерона. Например, в поселке Гала, который является этнографическим музеем под открытым небом, сохранился подобный тендир XVII-XVIII вв.

Но на равнинных, сельских местностях, а также на яйлагах Азербайджана – летних остановках кочевников самым распространенным видом печи являются наземные конусообразные тендиры из глины. Они вообще являются самым практичным тендиром в применении. Это не удивительно. Ведь именно из-за своей формы такой вид тендира может топиться даже тонкими прутьями, колючкой, или соломой и долго держать жар. В сельских местностях они обычно бывают в 1-1,2 м. в высоту и этот размер хватает, для заготовок одной семьи. Обычно строятся они за пределами дома. Их высота не позволяет попасть туда домашних животных, или детей. К тому же она закрывалась еще крышкой.  Готовят ее в основном женщины. Оно строится из самой простой обычной глины, которую смешивая с соломой, или сухой травой перемешивали ногами. После ему придавали конусообразную форму. Именно эта конусообразная форма позволяет долго держать жар и позволяет экономить на дровах и углях. Высушивали его под открытым летним солнцем, а после обжигали хворостом. Подобный тендир очень практичен в приготовлении и удобен в быту кочевников, занимающихся отгонным скотоводством. Ее можно было быстро воздвигнуть в летних стоянках, и послужить такой тендир мог несколько лет. Иногда, в силу практичности в изготовлении такие тендиры делали переносными, чтобы передвигать их из одного места в другое.

Останки переносного бочкообразного тандыра было найдено на Таманском полуострове – в регионе, где след кочевников уходит в глубину тысячелетий.  Обычно эти печи применялись в основном для выпечки хлеба. Сегодня азербайджанский чурек и среднеазиатские лепешки, выпеченные в тандырах, являются всемирно известным гастрономическим чудом.  Но в тендирах кроме хлеба готовятся и другие виды пищи. Например, в Туркестане общеизвестная самса (вид пирога с мясной начинкой) в основном готовятся на тандырах.  В Азербайджане также разные виды хлебца с начинкой готовятся в тендире. В тендире удобно готовить рыбу, птицы и разные виды шашлыков. И как выше отмечалось кроме этого, в тандырах было удобно готовить также такие блюда на подобии пити, гюведж, чёмлек-кебаб – мясные бульоны и соусы на огнеупорных глиняных посудах.   

Сегодня, конечно, сами виды тандыра и их заготовки усовершенствуются и приспосабливаются современным бытовым условиям. Тем более, что последние десятилетия во многих западных ресторанах тандыры и блюда, приготовленные в них, пользуются особой популярностью. В основном это благодаря переселенцам из таких азиатских стран как Индия, Пакистан, Иран, Турция, арабского Востока, которые открыли на Западе сеть ресторанов с национальной кухней. И сегодня восточные хлебцы, лепешки, хлеб-лаваш, а также разные виды жареного мяса, приготовленные в тандыре, становится излюбленным видом пищи в европейских странах. Восточный печь-тандыр стал некоим брендом. Уже сегодня в Европе и России многие гражданские лица для своих дач заказывают тандыры.  Взаимопроникновение культур, в том числе гастрономических традиций всегда является приятным фактором в истории человечества.

Но стоит как какому-нибудь древнему культурному, или гастрономическому предмету из Кавказа, или Востока стать известным в каком-то уголке мира сразу находятся «гениальные умы», пытающиеся присвоить данный вид рукотворности исключительно себе и своей нации. И, конечно же, в этом всегда отличаются армянские деятели науки и культуры, и в этот раз пытающиеся убедить себя и других в том, что печь тандыр/тонир изначально появился у армян, и лишь после этого распространился у всех их соседей.  То есть данное смехотворное утверждение гласит, что печь-тандыр был перенят народами Кавказа, сирийцами, иранцами, курдами и тюрками Анатолии и Азербайджана от армян. Притом как всегда с армянской стороны не имеются никаких исторических доводов, только одни голословные утверждения. Или по выражению скудных армянских доводов «аксиомы».  И полностью игнорируется факт того, что печь-тандыр и его модификации распространен среди народов планеты от Японии до Марокко. И даже у индейцев Америки имеются свои земляные печи, являющиеся модификациями тандыра. Неужели армяне хотят утверждать, что кроме азербайджанцев также тюрки Средней Азии, Поволжья, а также другие народы Азии переняли печь-тандыр у армян?  Неужели армянским деятелям от науки, культуры не надоедает становиться посмешищем для всего мира?

Далеко уходит не надо. Вот, что твердить о тандыре научный работник Института археологии и этнографии Армении Армине Степанян: «Лаваш пекли только в тонире, а тонир характерен оседлому народу, а не кочевникам, какими являются турки».

Очень примитивная ложь для научного работника. Или этот этнограф не в курсе того, что тандыр распространен как среди кочевых, так и оседлых народов Азии и Северной Африки. Вроде бы работник института археологии должен быть в курсе того, что останки тандыра археологи находят во всех тюркских странах, а в России на территории Золотой Орды. На Украине и юге России печи-тандыры находят в древних скифских населенных пунктах. А скифы, как известно, были ярыми кочевниками.

Более того будет правильно произносить не лаваш, а хлеб-лаваш. Потому, что тюркское слово «лаваш» распространяется не только на хлеб, но и на многие тонко раскатанные блюда.  Сам этот вид тонкого хлеба также распространен среди многих народов Азии.  А самый лучший и мягкий хлеб-лаваш готовится не в тандыре, а на садже, который является важной утварью кухни кочевников. Про термин лаваш и его тюркской этимологии можно прочитать на нашем сайте в материале "Этимология названия «лаваш»" (часть, II часть, III часть).

Дальше там же читаем у А.Степанян: «Армяне, сколько себя помнят, пекли тонир. Лаваш был и в трудах армянских историков, о нем есть упоминания и в дохристианском периоде. Турки были кочевниками, не имеющими ни историю, ни отчизну, так что ни курд, ни турок не может иметь лаваша»

Вот до какого амебного состояния мышления доводит пещерный национализм и расистская тюрконенавистничество. Вершиной достижения армянской исторической мысли является «научное открытие» о не имении истории, и родины кочевников-тюрков. Но куда деть факт того, что сами армяне - никогда не имеющие в истории государства жили в разных государствах, построенными этими, же тюрками, «не имеющими историю»? И как там армяне себя помнят, не является научным аргументом. Судя по всему у армян коллективное парамнезия с сопутствующей конфабуляцией. То есть у армян вообще искусственно имплантированная и подмененная коллективная память. Тем более, что каких-либо гипотетических дохристианских исторических армянских упоминаний не имеются. Также в природе не имеются какие-либо дохристианские армянские сведения о хлебе-лаваш.

Более того армяне много чего восприняли от тюрков, в том числе и гастрономические блюда. Об этих перенятых элементах культуры тоже имеются упоминания в средневековых армянских трудах. Так же, как и упоминания многих тюркских слов, и терминов, имеющихся в армяноязычных текстах. Но упоминание тюркских терминов в армянских текстах совсем не делает их армянскими. Про лаваш и тандыр имеются более ранние упоминание именно в тюркских текстах. Не говоря о том, что эти термины имеют тюркское происхождение.

Дальше там же вообще имеются более смехотворные утверждения: «Даже в самой Армении не везде пекли лаваш, поскольку тониры строили в равнинных областях – на Мушской долине, Араратской долине. В Сюнике не пекли лаваш, это не было принято, поскольку там были камины, печи, как камины»

Вот такие смешные и к тому же самоизобличающие утверждения. Сами же признают, что тандыр имелся не во всех армянских дворах и лаваш могли печь не все армяне. Но вот в Азербайджане лаваш пекли в каждом доме. И в каждом доме исторически имелся свой тендир. Более того тюрки-азербайджанцы и в Сюнике везде пекли лаваш и везде по этой области имели свои тендиры. Армине Степанян и остальные армянские деятели не должны забывать, что Сюник является древнетюркским краем и до начала 19-го века основным населением этого края являлись тюрки. А то, что армяне не везде имели тандыры и не все армяне пекли лаваш так это потому, что данная традиция не является для армян аутентичным и эти традиции и предметы кухни они заимствовали от тюрков. Но шедевром армянской научной мысли является нижеследующие высказывания Армине Степанян: «Если мир будет немного грамотным, то поймет, откуда идут тонир и лаваш. А турок всегда остается турком, им остается только присвоить Месропа Маштоца и сказать, что и алфавит принадлежит им. Народ, не имеющий ничего своего, всегда пытается присвоить чужое. Лаваш – наш национальный хлеб» [2].

Вот по 1,5 мерному армянскому мышлению и мир можно обвинить в безграмотности раз не признают лаваш и тандыр армянскими изобретениями. Такие как Армине Степанян первую очередь должны обратить внимание на свое имя, фамилию и окончание в фамилии, где ничего армяно-хайского не имеется. И имя, и фамилия, и суффикс в ее фамилии являются заимствованными морфемами в армянской лексике. После ей и подобно мыслящим надо обратить внимание на то изобилие тюркских фамилий среди армян. И на те тысячи тюркизмов в армянской лексике. У тюрков нет армянских слов, терминов и фамилий. Тюрки ничего не перенимали от армян. Но вот армяне от тюрков (у которых, по мнению блестящей армянской научной мысли ничего своего не было) заимствовали много чего. И это общеизвестный исторический факт. В том числе по заключению армянского языковеда Рачья Ачаряна более 4200 тюркских лексем, среди которых имеются также много таких кулинарных терминов, названий блюд как «суджук», «айран», «нохуд», «курабие», «испанак», «туршу», «инджир», «ишкембе», «сиджим», «мангал», «джевиз», «леблеби», «плов», «лохум», «бёрек», «тарчын», «тархана», «тава», «тулум», «панир», «ишкембе», «люля», «казан», «хашлама», «кавурма», «кызартма», «чыгыртма», «кыйма», «долма», «бастырма», «пахлава», «кюфте», «чолпа», «шорба» и т.д. . А Рачья Ачарян был намного грамотнее по сравнению с сегодняшними армянскими историками, этнографами и языковедами. И этот грамотный армянский ученый Рачья Ачарян в своей книге отмечает, что термин тандур/тонир (թանտըռ՛-թօնիր) в армянский язык и и в армянские тексты перешел через тюркскую лексику [3, с. 118].

А ведь и вправду так. Автор первого толкового словаря классического армянского языка (1698 г.) Еремий Мегреци в своей работе привел 8500 классических армянских слов, проходящих в армянских текстах. Но в этом словаре отсутствуют термины тонир, или тандыр [4, с. 120-122]. Кстати в его словаре также отсутствует слово «лаваш» [ibid, с. 132-133].

Как же так? Ведь по гениальному заключению армянской этнографической науки армяне издревле использовали тандыр-тонир. И почему же термину тандыр, или сегодня больше используемому в армянской литературе слову тонир, не нашлось место среди 8500 слов, приводимых Еремием Мегреци? Ведь по утверждению самих армянских этнографов «помимо того, что в тонире пекли хлеб, еду, или использовали его как для отопления дома, тонир еще использовался и в лечебных целях. В поселениях, где отсутствовали церковные сооружения, священнослужители имели право перед тониром проводить церемонию бракосочетания». И даже «с дохристианского периода тонир у армян считался символом Солнца в земле. Считалось, что наклонившись над тониром при выпечке хлеба, армянские женщины кланялись солнцу» [5].  И как же такой важный и якобы незаменимый в жизни армян культовый и сакральный «армянский предмет» как тонир ускользнул от глаз первого армянского автора словаря армянского языка?

Ответ прост. Еремий Мегреци был родом из Зангезура, где основным населением этого края являлись тюрки. Любой житель Зангезура был знаком с тюркской речью, в том числе христиане-григориане. Вообще все христиане-григориане Анатолии и Кавказа были прекрасно знакомы с тюркской речью.   И языковед Еремий Мегреци прекрасно знал, что термин тонир принадлежит тюркской лексике. А объяснять значение слов тюркского происхождения, имеющихся в армянской лексике, в его задачу не входило. Если бы у сегодняшних армянских историков, языковедов, этнографов было бы чуток больше грамотности, они поняли бы эту простую истину. А все эти легенды про культовый и сакральный характер тонира в жизни армян являются просто приукрашенными антиисторическими измышлениями самих армянских авторов, или просто являются заимствованиями сакральных воззрений соседних народов. Также и тонир у армян является заимствованным бытовым предметом.

Круглые, прямые вертикальные тендиры высотой примерно 1-1,1 м. возделывались в основном в частных домах городских местностей, где плотность домов в махаллях  было очень тесным, и добыть глину было сложно. Обычно такие тендиры строились из камней, стены которых после обмазывались землей. Такие тендиры были распространены в населенных пунктах Абшерона. Например в поселке Гала, который является открытым музеем под солнцем сохранился подобный тендир XVII-XVIII вв.

Вторая часть по ссылке http://www.rizvanhuseynov.com/2017/11/ii.html 


Литература:

  1. Ян Янсен Стрейс ТРИ ПУТЕЩЕСТВИЯ. Перевод Э. Бородиной. Москва 1935.
  2. Лаваш пекли в тонире, а тонир характерен оседлому народу, а не кочевникам, какими являются турки. http://www.tert.am/ru/news/2014/11/27/armenia-lavash-27/1517807
  3. Hrač‘eay Ačaṙean ԹՈՒՐՔԵՐԷՆԻ ԱԶԴԵՑՈՒԹԻՒՆԸ ՀԱՅԵՐԷՆԻ ՎՐԱՅ ԵՒ ԹՈՒՐՔԵՐԷՆԷ ՓՈԽԱՌեԱԼ ԲԱՌԵՐԸ ՊՕԼՍԻ ­ՀԱՅ ԺՈՂՈՎՐԴՈԿԱՆ ԼէՁ֊ՈԻԻՆ ՄԷՋ   ՀԱՄԷՄԱՏՈԻԹԵԱՄՔ. ­Վանի, ՚Ղարաբաղի եւ  ՆորՆախիջեւանի բարբաղներուն. (Влияние тюркского языка на армянский и следы (влияния) тюркских слов в просторечии армян Константинополя. Его сравнение с Ванским, Карабахским и Нор-Нахичеванскими диалектами.)   1902.
  4. Еремия Мегреци ԲԱՌ ԳԻՐՔ ՀԱՅՈՑ (Bar Girk Hayots-Словарь Армянского Языка). 1698.
  5. Фестиваль армянского тонира пройдет 11-го августа в селе Цахкунк Гегаркуникской области. http://orer.eu/ru/russian-%D1%84%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D1%8C-%D0%B0%D1%80%D0%BC%D1%8F%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D1%82%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D1%80%D0%B0-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B9%D0%B4%D0%B5/



Фото 8.  Южный Азербайджан, Зенджан. Элаты (кочевники) Махнишана. Вкопанный в землю в виде колодца тендир



Фото 9. Кашгар, Восточный Туркестан. Вкопанный в землю в виде колодца уйгурский тонур и прекрасные, вкусные лепешки:


Фото 10. Вкопанный в землю в виде колодца узбекский тандыр:

Фото 11-12-13. Турция. Вкопанные в землю тандыры в виде колодца:





Фото 14. Турция, Аксарай. Чемлек-кебаб, или тести-кебаб в Тандыре. 





Фото 15. Яхни (бозбаш) в тандыре. Турция


Фото 19. Абшерон, поселок Гала:



 Фото 16. Туркменский конусообразный тамдыр с оберегом в виде тамги Великой Богини:


Фото 17. Обычный сельский наземный конусообразный тандыр:


Фото 18. Узбекская самса в тандыре: