Сайт посвященный истории Кавкзазского региона

В Баку стартует уникальный международный проект по изучению и популяризации наследия Азербайджана


24 апреля в 11:00 в Центральной научной библиотеке (ЦНБ) Национальной Академии Наук Азербайджана пройдет круглый стол с участием недавно созданной международной Рабочей группы, состоящей из ученых и исследователей разных стран по изучению и популяризации архитектурного, культурного, духовного, этнографического и исторического наследия Азербайджана.
24 апреля в 13:00 в мультимедийном пресс-центре Sputnik Азербайджан пройдет пресс-конференция Рабочей группы с прессой и общественными деятелями.
В Азербайджане уделяется большое внимание сохранению и изучению архитектурных и иных памятников наследия. Вместе с тем, как в Азербайджане, так и на всем Кавказе есть острая необходимость проводить паспортизацию той части богатого наследия, которая еще не учтена, не изучена и не еще охраняется. Речь идет о христианских, мусульманских и иных памятниках и элементах наследия, которые являются уникальными в рамках региона и мира. Параллельно с этим есть необходимость изучения и популяризации этого наследия с целью укрепления межрелигиозного и межцивилизационного диалога в регионе.
С этой целью по инициативе Центра истории Кавказа при поддержке Кафедры ЮНЕСКО по компаративным исследованиям духовных традиций, специфики их культур и межрелигиозного диалога, Центральной научной Библиотеки Национальной Академии Наук Азербайджана создана Рабочая группа, состоящая из ученых и исследователей разных стран. В Рабочую группу вошли ученые Азербайджана, России, Украины, Грузии, Казахстана, Турции и предполагается привлечь специалистов из других стран.
Намечено подготовить концепцию проекта по изучению, паспортизации и сохранению этнографического и культурного наследия всего региона. На первом этапе намечено 24-29 апреля 2018 года начать пилотный проект в западном регионе Азербайджана по паспортизации древних памятников, кладбищ, гочдашей (тотемных каменных баранов и коней) и культовых сооружений, нуждающихся в охране и реставрации. Эта деятельность будет осуществляться при координации научных и государственных учреждений Азербайджана.
Уже прошло заседание с участием азербайджанских ученых, исследователей и осуществлена в начале 2018 года поездка в западный регион Азербайджана с целью ознакомления со средневековым христианским и мусульманским наследием на местах. На данном этапе идет формирование международной археологической этнографической экспедиции, которая может приступить к осуществлению проекта весной-летом 2018 года. По итогам будет подготовлен фильм и опубликованы статьи.
Рабочая группа намерена расширять сотрудничества с ЮНЕСКО, Международным Фондом Тюркской культуры и наследия, с другими международными организациями, с азербайджанскими структурами и НПО, специализирующимися в сфере изучения и защиты исторического наследия.

Республика, упоминание о которой находилось под строгим запретом


Э.Р.ВАГАБОВА
доктор философии по истории, вед. науч. сотр. Института истории им. А.А.Бакиханова НАН Азербайджана
Р Е Ц Е Н З И Я
на монографию доктора философии по истории А.Назарли «Народное
образование в Азербайджанской Республике (1918-1920гг.)», вышедшую
в 2008 году в Баку в издательстве «Нурлан» объемом 224 с.
2018 год объявлен Годом Азербайджанской Демократической Республи­ки, когда не только азербайджанская общественность, но ряд стран будут отмечать 100-летний юбилей АДР, провозглашенной 28 мая 1918 года. Этой знаменательной дате – созданию  первой демократической республики в мусульманском мире – бу­дут посвящены различные форумы и конферен­ции. По этой причине и назрев­шей потребностью донести до массового чита­теля достоверную исто­рию молодого государства и возникла мысль написать рецен­зию на моногра­фию азербайджанского историка Азизы Назарли «Народное образование в Азербайджанской Республи­ке­ (1918-1920 гг.)», которая была издана в 2008 году в Баку на русском языке.
Сегодня, в XXI веке, приоритетным направлением раз­вития отечествен­ной гуманитарной науки является сохранение национальных традиций, исто­­ри­ческой памяти, расширение культурного и интеллектуального прост­ран­ства.
В этой связи монография доктора философии по истории Азизы Назарли «Народное образование в Азербайджанской Республике (1918-1920 гг.)» стала значительным событием в исторической науке. Впервые в азербай­джан­­­ской историографии была предпринята попыт­ка исследовать деятель­ность Азербайджанской Демократической Республики в области народного образования за 1918-1920 гг, освещена предыстория поставленной проблемы. Монография написана на основе кандидатской диссертации по заданной теме, начатой в период перестройки во второй половине 1980-х годов и защи­щенной А.Назарли в Институте истории им. А.А.Бакиханова НАН Азербай­джана в 1994 году. Научным руководителем соискателя был доктор истори­че­ских наук, профессор, заслуженный деятель науки Е.А.Токаржевский. Это была одна из первых диссертаций, посвящен­ных истории Азербайджанской Демократической Республики. И если политическая деятельность АДР как-то еще находила свое освещение в азербайджанской историографии, то вопросы культурного развития остава­лись вне поля зрения исследователей. И даже в обобщающих трудах по истории культуры и образования в этот период встре­чались, как констати­рует автор рецензируемой монографии, лишь бег­лые упоминания о них, да и то тенденциозного харак­тера, действия АДР в области развития народного образования искажались и лишены были всякой объективности.
Дело в том, что до определенного времени, когда Азербайджан находился в составе СССР с идеологизированной коммунистической пропагандой, многие вопросы исторического прошлого в судьбе азербайджанского народа замалчивались, в результате чего в азербайджанской историо­графии образовался некий вакуум, в частности, в изучении вопросов народного образования за 1918-1920гг. Это было вызвано тем, что в советское время существовал строжайший (неписаный) запрет на освещение прогрессивной деятельности азербайджан­ской интел­лигенции и национальной буржуазии, когда навешивались ярлыки на лиде­ров национального движения. Кроме то­го, длительное время многие исторические документы были вне доступа и хра­­нились в архивах под грифом «секретно».
В советское время освещение деятельности первой в тюркском мире и первой на мусульманском Востоке Азербайджан­ской Демократической Республики, первого правого государства, где были изменены гендерные стереотипы — женщинам были предостав­лены равные права с мужчинами, запрещалось. Хотя по важности именно этот период имел исключительно первостепенное значение в азербайджан­ской истории. И только с развалом СССР, когда ослаб идео­ло­гический пресс на историческую науку, появилась возможность открыто освещать различ­ные аспекты исторического прошлого азербайджан­ского на­рода, в том числе нацио­нальное движение, борьбу за развитие азербайджан­ского (тюркского) языка и национальной культуры. Отсутствие квали­фи­ци­рованных преподава­телей родного языка и ли­тературы, слабая поста­нов­ка пре­подавания азербай­джан­ско­го (тюркского) языка являлись результатом коло­ниальной политики и сказыва­лись на самом образовании.
Вопросы народного образования всегда волновали азербайджанских про­свети­те­лей и прогрессивную национальную буржуазию.  В условиях ко­ло­­­­­ни­альной политики царской России, в составе которой находился Северный Азер­бай­джан, азербайджанская интеллигенция транслировала свои идеи через пе­рио­ди­ческую печать и посредством своих литературных произве­дений. Её представители открывали русско-азербайджанские школы, что явилось знаменательным событием в культурной жизни азербайджанских тюр­ков, боролись за переустройство конфессио­наль­ных школ – мектебов и медресе, подвергая критике старые методы обучения и призывая к их реформиро­­ванию, выступали за введение азербайджанского (тюркского) языка в качестве обязательного языка в школах.
Февральская революция 1917 года внесла колоссальные изменения в об­ще­ственно-политическую и культурную жизнь азербайджанских тюрков. Происходит демократизация в области просвещения, выразившаяся в прове­дении новой школьной политики, в национализации школ.
После октябрьского переворота и возникновения в Азербайджане двоевластия был взят курс, с одной стороны, на установление в Баку, проводи­мой Бакинском Сове­том народных комиссариатов, советской системы обра­зова­ния. Эта система также не лишена была русификаторской политики, игнори­рующей со­зда­ние нацио­нальной школы на родном тюркском языке. С другой стороны, в за­пад­­ной ча­сти Азербай­джа­на, оказавшейся в сфере влия­ния Закав­каз­ского комис­са­риата, не подчинявшегося РСФСР, предпри­нима­лись, как отмечает автор монографии, первые ша­ги в национализации школы.
С возрождением азербайджанской государственности 28 мая 1918 года впервые государственным языком был объявлен тюркский язык, хотя в делопроизводстве все еще употреблялся русский язык.
 Автору рецензируемой монографии удалось на основе выявленных архивных мате­риалов и периодической печати, в чем, несомненно, заклю­ча­ется её научность ценность, проана­лизи­ро­вать вопросы создания новой демократической системы народного образо­вания, укрепле­ния ее материаль­но-технической базы и подготовки нацио­нальных кадров среди азербайджан­ских тюрков. Значительную роль в этом деле оказывала и официальная газета «Азербайджан», 100-летие которой также отмечалось в 2018 году.
За относительно короткий период времени новому Азербайджанскому прави­тельству удалось осуществить кад­­ровую политику, в ходе которой на адми­ни­стративные должности были привлечены просветители и учителя из числа азербайджанцев. И самое при­ме­чательное заключалось в том, что одно­вре­менно с проведением национализации школ – переход обучения на азербай­джанский (тюркский) язык — учитывались, как отмечает автор монографии, интересы и национальных мень­­шинств. Это, на наш взгляд, наглядно свидетельствовало о муль­тикультуральной поли­тике молодого государства и толерантном отно­ше­нии азербайджанских тюрков ко всем национальностям, проживающим в пределах Азербайджана.
Корпус архивных источников позволил автору монографии А.Назарли выделить несколько направлений в деятельности АДР в вопросах народного об­разования и осветить мероприятия по их осуществлению: создание  новой системы народ­ного образования и ее материальное обеспе­чение; образование взрос­лого насе­ления; строительство и ремонт школ; подготовка педагогиче­ских кадров и улучшение их материального положения; подготовка и изда­ние­ новых учеб­ных программ, учебников и учебных пособий, распределение их по шко­­лам; повсеместное открытие вечерних курсов, как для мужчин, так и для женщин,  а также создание  «Союза тюркских учителей» — первой про­фессио­нальной организации азербайджанских педагогов и его роль в решении проб­лем школь­ного образования.
Важно подчеркнуть, что все задуманные мероприятия молодой Республике при­ходилось осуществлять в условиях сложной политической об­ста­новки, эко­­но­миче­ской разрухи и иностранной интервенции. Межнацио­нальные столк­­но­вения, дашнакская агрессия, территориальные претензии Ар­мении к Азербайджану отрицательно сказывались на положении школьного дела. Армян­ское население Нагорного Карабаха не признавало новое Азер­бай­­джан­ское Правительство и препятствовало работе школьных инспек­торов.
 Вопрос открытия высшего учебного заведения в Азербайджане еще с конца ХIХ века постоянно являлся объектом обсуждения на страницах перио­дической печати и на заседаниях Бакинской городской думы с участием представителей Совета съезда бакинских нефтепромышленников. Парадоксально, но Баку, нефтяная промышленность которого по времени возник­новения была старейшей и первой по величине добычи нефти и своему каче­ству, длительное время не имел не только университета, но и своего высшего нефтяного института. И только в 1919 году правительство независимой Азербайджанской Демократической Республики открыло в Азербайджане первое высшее учебное заведение – Бакинский университет. В рецензи­ру­емой монографии автор подробно описывает создание и деятельность Бакин­ского Университета, рассматривает его профессорско-преподавательский со­став, многие из которого будут затем подвергнуты репрессиям и расстреляны, акцентирует внимание на создании проектов других высших учеб­ных заведений, а также подготовке высококвалифицированных специа­листов за рубежом за счет мо­ло­дого государства.
К сожалению, все начинания Азербайджанской Демократической Респуб­лики были прерваны ХI-й Красной Армией РСФСР, оккупировавшей Азербайджан 28 апреля 1920 года и устроившей «красный террор», в котором подстрекательскую роль играли армяне. В результате этого террора по­гиб­ло 48 тысяч человек. Только за 1920-1921 гг. были уничтожены лучшие представители азербайджанской интеллигенции, депутаты Азербайджанского Парламента, многие должностные лица в АДР вынуждены были покинуть ро­ди­ну, начались репрессии даже простых рядовых граждан. Как отмечает автор монографии, террором против азербайджан­ского народа занимались в основном лица армянской национально­сти, подчеркивая при этом, что это было продуманной акцией продол­жаю­щегося геноцида против азербай­джан­цев в 1918-1920 годах.
          Актуальность монографии Азизы Назарли «Народное обра­зование в Азербай­джанской Республике (1918-1920гг.)» для азербайджанской истории, её вклад в азербайджанскую историографию очевидны. В ней последовательно просле­жена 23-х месячная деятельность Азербайджанской Демо­крати­ческой Рес­пуб­лики и осуществление ею прогрессивных демократи­ческих реформ в об­ла­сти народного образования, давшие свои положительные результаты, не­смотря на трудности переживаемого азербайджанским народом истори­че­ско­го момента.
Историческая судьба Азербайджана, как ни парадоксально,  дважды повторилась. Сначала в ходе военного завоевания в XIX веке Российская империя лишила независимости азербайджанские ханства. В 1918 году была провозглашена Азербайджанская Демократическая Республика. Но уже в 1920 году во второй раз азербайджанский народ был лишен своей политической независимости и самостоятельности, в результате уже оккупации совет­­ской, российской XI-й Красной Армией. И, наконец, с развалом СССР Азербайджан и азербайджанский народ вновь обрели политическую неза­висимость.
Хочется отметить тот отрадный факт, что деятельность Азербайджанской Демократической Республики не забыта современными учеными. По­яви­лись исследования, проливающие свет на общественно-политическую, социально-экономическую и культурную деятель­ность АДР. Свое место в этом ряду по праву заняла  историк Азиза Назарли.
Исследование автором деятельности АДР в области развития народного образования, освещение её во взаимосвязях с исторической и соци­аль­ной действительностью Азербайджана обогащает наше представление­ об исто­рическом пути молодой республики, которой помешали «возмужать» оккупационные действия XI-й Красной армии, уничтожившие её.
Азербайджанская Демократическая Республика, провозглашенная 100 лет назад, явилась пред­ше­ственником современной суверенной Азербайджан­ской Республики, ко­то­рая уже в новых исторических условиях продол­жает начатое дело АДР, взяв путь на независимый и демократический путь развития в столь сложных условиях глобализации и культурной интеграции.
Хочется надеяться, что данная монография вызовет интерес у чита­теля, поспособствует по­яв­лению новых исследований по истории АДР на основе новых неизучен­ных еще мате­риалов, открыв ему многие неиз­ве­стные страницы и факты из жизни ее первых основателей и деятельности Азербайджанской Демократи­че­ской Респуб­лики в целом.

"Бастырма", "Бастурма": этимология слова


Центр истории Кавказа,Эльшад Алили

О таком виде прессования мяса у гуннов отмечает римский автор IV в. Аммиан Марцеллин. Тюркское слово бастырма еще в средневековье попало в европейские языки. Оно имеется в словаре “Regola Del Parlare Turcho”, изданном в 1533 году во Флоренции. Само слово присутствует также во многих других европейских языках. Для сравнения отметим, что в двадцати восьми словарях армянского языка 17-20 вв. слово «бастурма» (բաստուրմա) отсутствует. И впервые в 1944 году армянский языковед Степан Малхазянц отмечает тюркское происхождение данного кулинарного термина и включает это слово в свой четырехтомный толковый словарь армянского языка. Отметим, что в армянских словарях, изданных в Сирии, Ливане, во Франции, Италии данное слово отсутствует. Это свидетельствует о том, что лексика сирийских, ливанских, европейских армян, во всяком случае, не так знакома с этим словом до сих пор.

Бастырма, или как иногда пишется в русской литературе «бастурма» является тюркским названием мясных полуфабрикатов. Главной общей особенностью в этих гастрономических рецептах является прессование мяса, в связи с чем эти блюда и получили такое название. Самая обычная бастырма это нарезанные ломтиками посоленные, поперченные куски мяса, которые после мариновки под прессом, или гнетом несколько часов жарятся на углях. Этот вид заготовки мяса распространен по всему тюркскому миру и, например, ее рецепты в Азербайджане, или в Казахстане мало отличаются друг от друга.

Но есть другой вид бастурмы, который сегодня распространился как деликатес. Это высушенное, вяленое, или закопченное мясо, которую предварительно нарезав на куски, несколько дней держат под прессом, или гнетом. Естественно в мясо добавляют разные травы и специи, которые придают мясе особенный пикантный вкус. Это одно из древних рецептов консервирования мяса, которую использовали кочевники. Такое мясо долго не портится, и удобно в использовании во время длинного периода кочевок. Подобные рецепты консервированного мяса были популярны в силу практичности применения в пути. То есть в этом случае бастырма это вяленое мясо, и особым образом приготовленное род колбасы приправами и со специями.

Об одном таком виде прессования мяса у гуннов отмечает римский автор IV в. Аммиан Марцеллин. По его сведениям, гунны «питаются корнями диких трав и полусырым мясом всякого скота, которое они кладут на спины коней под свои бедра и дают ему немного попреть». Подобная пища гуннов была не приспособлена вкусовым восприятиям римлян. Хотя была естественна для закаленных под природой гуннов «с колыбели приученных переносить холод, голод и жажду» [1, XXXI 2/4].

О бастырме в своей книге упоминает известный османский путешественник Эвлия Челеби (1611-1682 гг.). Он пишет об анкарской бастырме, которую приготавливают с перцем, и параллельно восхваляет мясо анкарских коз, которое «словно пропитано мускусом, потому что козы питаются в горах остролистом» [2, с. 277].

Тюркское слово бастырма еще в средневековье попало в европейские языки. Оно имеется в словаре “Regola Del Parlare Turcho” (Правила Лексики Турецкого Языка), изданного в 1533 году во Флоренции [3, с. 46-47].  Само слово присутствует также во многих других европейских языках, о чем отмечает в своем словаре (Турецкие элементы в южных и восточных языках Европы) австрийский лингвист Франк Миклошич. Тюркскому слову pastırma, а также bastırma он дает такое значение как gepresstesgeräuchertes oder an der Sonne gedörrtes Fleisch (копченое, или высушенное прессованное мясо).  Это слово в литературе многих европейских языков отложился как pastarma, pastrma, pastrame, pastramer, pastırmoj, παστραμαςπαστρουμας [4, с. 38].

В словаре тюркских наречий известного русского тюрколога Василия Радлова терминам bastırmabasturma, или pastırma даются такие значения как – прессованная соломина; ветчина, шпик; вяленое мясо; особо приготовленный шашлык, мясо которого нарезается заранее и вылеживается в сосуде; копченое солонина [5, с. 1192, 1538, 1539].
В азербайджанско-русском словаре, изданном в 1941-м году, слово «басдырма» переводится как «предварительно нарезанное приправленное луком мясо» [6, с. 34].

В корне слова бастырма/пастурма имеется древнетюркский глагольная основа bas/pas – давить, сдавливать, прессовать, сжимать [7, с. 85], [8, с. 25], [5, с., 1525]. Окончание -tır (-тыр) является глагольным окончанием повелительного наклонения. При добавлении этого глагольного суффикса в глагольный корень bas появляется побудительный глагол bastır – вынуждать давить, сдавливать, прессовать, отмечающийся еще в текстах раннего средневековья [8, с. 25]. А словообразовательный аффикс -ma в слове bastırma служит для образования существительных со значением предмета или результата действия, или прилагательных с характеристикой по результату действия. В этом случае слово bastırma семантически примерно будет иметь такие значения как придавленныйсжатыйзажатыйпрессованный ит.п.  Этот же аффикс -ma участвует в таких тюркских названиях блюд как долма, чыгыртма, ковурма, хашлама, буглама, бозартма и т.д.

Кроме этого в некоторых тюркских языках и наречиях слово «бастырма» прямо переводится как гнетпресс, или жердь для прижимания сена [5, с. 1537-1538], [9, с. 115].   Также аналогичное значение - гнетпресс -  имеет слово bastırık/пастырык во многих тюркских языках (каб-балк, кырг, каз, кара-калп, тат, хакас, тув.), о чем указывается в этимологическом словаре тюркских языков под редакцией советского тюрколога Эрванда Севортяна [10, с. 76]. 

Становится ясным, что термин бастырма/бастурма возник по законам словообразования тюркского языка. Продукт этот является законсервированным копченым, или высушенным мясом, долго не портящимся и по этой причине, являлся практичным в применении в быту кочевников, которым приходилось много дней бывать в пути. Само слово, так же, как и продукт, посредством тюрков перешло во многие языки. Но, к примеру, ни сербы, ни болгары, или албанцы, сегодня использующие в своей кухне бастырму, не приписывают этот вид кулинарии себе. И при этом осознают, что данный вид гастрономии является заимствованием, что является естественным процессом при тесных контактах народов. Культурные заимствования между народами в истории всегда имело место.

Но начиная со второй половины XX в. многие азербайджанские и турецкие блюда перекочевали в армянские кулинарные справочники и энциклопедии. И в этом случае культурное присваивание без указания оригинала происхождения является откровенным воровством. Всякий раз, когда присваивается определенный предмет культуры, и не указывается источник происхождения того, или иного предмета традиции имеет место культурного воровства. Так же обстоит дело с блюдом с названием бастырма/бастурма, которое в сегодняшних армянских кулинарных справочниках упоминается как «армянское бастурма». Имеется коллективный труд-справочник с названием «Армянская Кулинария», одобренный Президиумом АН Армянской ССР и Министерством торговли Армянской ССР и изданный в 1985-м году издательством «Айастан» в Ереване. В этой книге блюдо с названием бастурма наряду с такими азербайджанскими блюдами с тюркскими названиями как долма, бозбаш, хашлама, хашил, чыхыртма был включен в кулинарную энциклопедию армянской кухни [11, с. 41-42]. Авторами данной книги являются А. С. Пирузян, С. Р. Сафарян, С. Т. Еремян, Г. Х. Порсугян, И. М. Юзбашян. И теперь во всех армянских кулинарных справочниках блюдо с названием бастурма полностью присваивается и объявляется армянским блюдом.

Отметим, что в советское время, в 1940-м году в Москве была издана книга с названием «50 блюд азербайджанской кухни». Составителями этой книги были советские кулинары армянского и грузинского происхождения С. И. Месропян и В. И. Схиртладзе. Книга была издана научно-исследовательским институтом торговли и общественного питания НКТ СССР.  Авторы в этой книге среди блюд азербайджанской кухни отмечают также блюдо с названием “бастырма – маринованное мясо, заправленная травами и приправами [12, с. 17].

Любопытно, что армянские авторы не гнушаются даже там, где имеются явные термины тюркского происхождения. А порой выдумывают истории на подобии того, что якобы по приказу «армянского» царя Тиграна II его повара смешали специи, растерли мясо и повесили сушиться. Так на свет появилась «армянская бастурма».  Во-первых, подобная выдуманная история, которому трудно даже поверить школьнику ни в одном историческом источнике не имеется. А во-вторых у царя Тиграна II возможно были искусные повара, и он также возможно любил приготовленное мясо со специями. Но царь Тигран II не имеет никакого отношение к современному армяно-хайскому этносу и языку, так как имел персидские, ахеменидские корни, также как и его родословие правителей Оронтидов-Ервандитов. То есть происходил он из персидского знатного рода.

Но любопытным фактом является то, что термин «бастурма» (բաստուրմա) в армянскую лексику попал совсем недавно и в словарях армянского языка впервые он упоминается в 1944-м году. Для наглядности мы приведем страницы из словарей армянского языка, где гипотетически могло бы находиться это слово. Для этого ниже приводится список этих словарей в хронологической последовательности:

1. армяно-латинский словарь Франческо Риволы изданный в Париже в 1633-м году [13, с. 54]. Эта публикация фактически является первым словарем армянского языка. Содержит около 10000 слов;
2.  армяноязычный толковый словарь армянского языка Еремия Мегреци от 1698 года. Содержит 8500 классических слов, имеющихся в армянских текстах [14, с. 49];
3. двухтомный толковый словарь армянского языка Мхитара Себастаци изданный в Венеции в 1749-м году [15 с. 137];
4. коллективный двухтомный армяноязычный толковый словарь армянского языка, составленный Г. Аветикян, Х Сиврмелеян, М. Авгереяном изданный в 1836-м году в Венеции [16 с. 440];
5. двухтомный армяно-итальянский словарь доктора Эммануэла Чиакчиана изданный в 1837-м году в Венеции [17, с. 290];
6. двухтомный армяно-русский словарь А. Худобашева, изданный в 1838-м году в Москве [18, с. 218];
7. краткий армяно-англо-турецкий словарь, составленный Сукиас Сомалеяном и изданный в 1843-м году в Венеции [19, с. 83];
8.  новый словарь армянского языка автором, которого являются Э. Риггс и В. Гриффит изданный в 1847-м году в Измире, где приведены исключительно новые термины, слова, отсутствующие в старых армянских текстах [20, с. 13]
9.  армяно-французский словарь Джаника Арамяна изданный в 1860-м году в Париже [21, с. 7]
10. толковый словарь армянского языка Мыкыртыча Авгеряна изданный в 1865-м году в Венеции [22, с. 170];
11. словарная лексика ашхарабара в текстах грабара архиепископа Эдуарда Хивмивзеяна изданного в 1869-м году в Венеции [23, с. 77];
12. армяно-английский словарь Матеоса Бедросяна изданного в 1875-1879 гг. в Венеции. [24, с. 92];
13.  армяно-французский словарь Динар бей Лусиняна изданный в 1872 и 1881-м году в Париже [25, с. 148];
14. армяно-латинский словарь Ованеса Мискичияна изданный в 1887-м году в Роме [26, с. 45];
15. армяно-французский словарь Й. Матеосяна изданный в Париже в 1893-м году [27, с. 125];
16. словарь араратского диалекта армянского языка Тиграна Навасардяна изданный в Тифлисе в 1903-м году [28, с. 16];
17. армяно-английский словарь С. Папазьяна изданный в Стамбуле в 1905-м году [29, с. 72];
18. новая лексика армянского языка Саймона Габамачеяна изданный в 1910-м году [30, с. 252];
19. четырех томный корневой словарь армянского языка Рачья Ачаряна изданный в Ереване в 1926-м году [31, с. 416-417];
20. новый армяно-английский словарь И. А. Эрана изданный в 1949-м году в Венеции [32, с. 29];
21. двухтомный полный словарь армянского просторечия (ашхарабар) Петроса Чизмечияна изданный в Алеппо в 1957-м году [33, с. 624];
22. толковый словарь армянского языка Арташеса тер Хачатряна изданный в Бейруте в 1968- м году [34, с. 68];
23. просторный армяно-английский словарь Г. Месроба изданный в Бейруте в 1970- м году [35, с. 101];
24. современный армяно-английский словарь Тиграна Хандруни изданный в Бейруте в 1970- м году [36, с. 57];
25. двухтомный новый словарь армянского языка архиепископа Гнела Черечияна, Парамаз Дунгиняна и Арташеса тер Хачатряна изданный в Бейруте в 1992- м году [37, с. 293]
26. новый карманный армяно-английский словарь Г. Месроба изданный в Бейруте в 2002- м году [38, с.41];
27. этимологический словарь армянского языка Георга Джаукяна изданный в Ереване в 2010-м году [39, с. 119];
28. новый западно-восточный словарь Рувима Сакапетояна изданный в Ереване в 2011-м году [40, с. 56];

Как видно в двадцати восьми словарях армянского языка, охватывающих период с 1633 по 1944 гг. слово «бастурма» (բաստուրմա) отсутствует. И впервые армянский языковед Степан Малхазянц отмечает тюркское происхождение данного кулинарного термина и включает это слово в свой четырехтомный толковый словарь армянского языка [41, с. 334]. Отметим, что в армянских словарях, изданных в Сирии, Ливане, во Франции, Италии данное слово отсутствует. Это свидетельствует о том, что лексика сирийских, ливанских, европейских армян, во всяком случае, не так знакома с этим словом. И только в советское время в 1944 году данное слово появляется в словаре С. Малхазянца. При этом даже не во всех армянских словарях, изданных в советское время, зафиксировано данное слово. После С. Малхазянца этот тюркский гастрономический термин был включен также в двухтомный толковый словарь армянского языка Эдуарда Агаяна от 1976 года [42, с. 172]. И этот кулинарный термин совсем недавно укрепился лишь на территории бывших советских армян. Потому, что этот кулинарный термин отсутствует в армянских словарях, составленных армянскими языковедами из Ливана и Сирии. Значится, что данное слово и данное кулинарное блюдо является очередным тюркским заимствованием и присваиванием со стороны армянских деятелей.

Исходя из вышесказанного, очередной раз приходится отмечать, что армянские деятели, опять же, позаимствовав это тюркский элемент кулинарной традиции и его название, затем беспардонно присвоили его себе.
 

Использованная литература:

1.      Аммиан Марцелин РИМСКАЯ ИСТОРИЯ.
2.      Эвлия Челеби. КНИГА ПУТЕЩЕСТВИЯ (Извлечения из сочинения турецкого путешественника ХVII века). Вып. 3 Земли Закавказья и сопредельных областей Малой Азии и Ирана. М. Наука. 1983.
3.      Luciano Rocchi RICERCHE SULLA LINGUA OSMANLI DEL XVI SECOLO (Il corpus lessicale turco del manoscritto florentino di Filippo Argenti (1533)). Wiesbaden 2007.
4.      Franz Miklosich DIE TÜRKISCHEN ELEMENTE IN DEN SÜDOST – UND OSTEUROPÄISCHEN SPRACHENТом II. Вена 1884.
5.      Василий Васильевич Радлов ОПЫТ СЛОВАРЬЯ ТЮРКСКИХ НАРЕЧИЙ. Том 4-й, Санктпетербург 1893.
6.      АЗЕРБАЙДЖАНО-РУССКИЙ СЛОВАРЬ. Под редакцией Г. Гусейнова. Баку 1941.
  1. ДРЕВНЕТЮРКСКИЙ СЛОВАРЬАН СССР. Ленинград-1969.
8.      KIPÇAK TÜRKÇESİ SÖZLÜĞÜ. TÜRK DİL KURUMU YAYINLARI, Ankara-2007.
9.      К. К. Юдахин КИРГИЗСКО-РУССКИЙ СЛОВАРЬ Москва 1965 T om I.
10.  Э. В. Севортян ЭТИМОЛОГИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ ТЮРКСКИХ ЯЗЫКОВ.  Общетюркские и межтюркские основы на букву «Б». Москва 1978.
11.  Г. Х. Порсугян АРМЯНСКАЯ КУЛИНАРИЯ (Издание 3-е, переработанное, дополненное). Ереван, Издательство «Айастан». 1985.
12.  С. И. Месропян, В. И. Схиртладзе 50 БЛЮД АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ КУХНИ. Москва 1940.
  1. Francisco Rivola DICTIONNAIRE ­ARMENO-LATINUM. Paris Impensis Societatis Typographicae Librorum Officii Ecclesiastici 1633.
  2. Еремия Мегреци ԲԱՌ ԳԻՐՔ ՀԱՅՈՑ (Bar Girk Hayots-Словарь Армянского Языка). 1698.
  3. Mkhitar Sebastaеsi ԲԱՌԳԻՐՔ ՀԱՅԿԱԶԵԱՆ ԼԵԶՈԻԻ (BAŔGİRK‘ HAYKAZEAN LEZUI (HIN HAYKAZEAN BAŔARAN)). в 2-х томах.  Том I. Венеция 1749.
  4. Г. Аветикян, Х Сиврмелеан, М. Авгереан ՆՈՐ ԲԱՌԳԻՔ ՀԱՅԿԱԶԵԱՆ ԼԵԶՈԻԻ   (NOR BAGİRK HAYKAZEAN LEZUII-НОВЫЙ СЛОВАРЬ АРМЯНСКОГО ЯЗЫКА). в 2-х томахТом I.  Венеция. Типография Св. Лазаря 1836.
  5. DIZIONARIO ARMENO-ITALIANO. Vol. 1. Composto Dal PEmmanuele CiakciakDottore Della Congregazione Mechitaristica.  Venezia Tipografie Mechitaristica di S. Lazaro. 1837.
  6. А. Худобашев АРМЯНО-РУССКИЙ СЛОВАРЬ (Составленный по лексикону изданному в Венеции), в 2-х томах. Том II. Москва. Типография Лазаревых Института Восточных языков 1838.
  7. Сукиас Сомалеан Համառօտ բառարան ի հայէ յանգղիական եւ ի տաճիկ (. краткий армяно-англо-турецкий словарь). Сан - Лазаро, Венеция, 1843.
  8. Elias Riggs։ W. Griffitt A VOCABULARY OF WORDS USED IN MODERN ARMENIAN BUT NOT FOUND IN THE ANCIENT ARMENIAN LEXICON. Smyrna, 1847.
  9. Djanic Aram DICTIONARY ABREGE ARMENIAN-TURC-FRANÇAIS. Paris Typografie Armenienne 1860.
  10. Mkrtich Awgerean ԱՌՁեՌՆ   ԲԱՌԱՐԱՆ    ՀԱՅԿԱՋ՚ՆեԱ՚Ն ԼԷԶՈՒԻ (Aṛdzeṛn baṛaran Haykaznean lezui - Словарь Армянского Языка). Venetik i Sovirk Gazar-Типография Св. Лазаря 1865.
  11. Архиепископ Эдуард Хивмивзеян Բառգիրք յաշխարհաբառէ ի գրաբառ (словарная лексика ашхарабара в грабаре). Сан-Лазаро, Венеция, 1869.
  12. NEW DICTIONARY ARMENIAN ENGLISH by Matthias Bedrossian, S. LAZARUS ARMENIAN ACADEMY. Venice 1875-1879.
  13. G. A. Nar Bey de Lusiginan DICTIONNAIRE ARMINIEN-FBANCAIS FBANCAIS ET FRANÇAIS-ARMÉNIEN. ԲԱՌԳԻՐՔ ՀԱՅ-ԳԱ՚ՂՂԻԱՐԷՆ ԵՒ ԳԱ՚ՂՂԻԱՐԷՆՀԱՅԵՐԷՆ (Baṛgirk hay-gaghghiarēn ew gaghghiarēn-hayerēn – Армяно-Французский, Франко-Армянский Словарь). Troiseime edition. Paris. Chez l’Auter: 128 Avenue d’Eylau L. Hachette 1881.
  14. Ioannes Miskgian MANUALE LEXICON ARMENO-LATINUM. Romae 1887.
  15. Y. Matteosean AN ARMENIAN-FRENCH POCKET DICTIONARY. Y. Mattheosian 1893.
  16. Тигран Навасардян Բառգիրք Արարատեան բարբառի (словарь араратского диалекта армянского языка). Тифлис, 1903.
  17. Z. D. S. Papazian A PRACTICAL DICTIONARY ARMENIAN-ENGLISH. Press of H. Matteosian. Constantinople 1905.
  18. Саймона Габамачеян Նոր բառագիրք հայերէն լեզուի (Новая лексика армянского языка).Սիմոն Գաբամաճեան։ Տպագրութիւն Ռ. Սագաեան, Կ. Պօլիս, 1910.
  19. Рачья Ачарян Հայերէն արմատական բառարան (Этимологический корневой словарь армянского языка). В 4-х томах. Том III. Ереван, 1926.
  20. I. A. Eran ՆՕՐ ԲԱՌԱՐԱՆ ՀԱՅԵՐԷՆԷ-ԱՆԳԼԵՐԷՆ (Новый Армяно-Английский Словарь). Венеция, издательство св. Лазаря. 1949.
  21. Петрос Чизмечиян Հայերէն աշխարհաբար լեզուի լիակատար բառարան (полный словарь армянского просторечия). В 2-х томах. Том II. Халеб 1957.
  22. Арташес Тер Хачатрян Հայոց լեզուի նոր բառարան (новый словарь армянского языка). Бейрут 1968.
  23. Месроб Г. Ընդարձակ Բառարան Հայերէնէ Անգլիերէն (просторный армяно-английский словарь). Бейрут 1970.
  24. Тигран Хандруни Հայերէնէ-Անգլերէն Արդի Բառարան (Новый армяно-Английский Словарь). Бейрут 1970.
  25. Архиепископ Гнел Черечиян, Парамаз Дунгинян, Арташес тер Хачатрян Հայոց լեզուի նոր բառարան (Новый словарь армянского языка). В 2-х томах. Том II. Бейрут, 1992.
  26. Месроб Г. Հայերեն ստուգաբանական բառարան (Новый карманный армяно-английский словарь). Бейрут, 2002.
  27. Георг Джаукян Հայերեն ստուգաբանական բառարան (этимологический словарь армянского языка). Ереван, 2010.
  28. Рувим Сакапетоян Արեւմտահայերէն-արեւելահայերէն նոր բառարան (новый восточно-западный словарь). Ереван 2011.
  29. Степан Малхазянц Հայերէն բացատրական բառարան (толковый словарь армянского языка). В четырех томах. Том IV. Ереван 1944.
  30. Эдвард Б. Агаян СОВРЕМЕННЫЙ ТОЛКОВЫЙ СЛОВАРЬ АРМЯНСКОГО ЯЗЫКА (Արդի հայերենի բացատրական բառարան). В двух томах. Том II. Ереван 1976.